Блог 2013
Автор: admin

В мастерской у художника Ибрагима Валиходжаева

18.02.2016 | Рубрика:
IMG_0065-

Всегда мечтала побывать в мастерской художника. На выставках, в музеях и галереях представлены уже готовые произведения, а вот место где рождаются образы и идеи, где они трансформируется, где отвлеченная мысль вдруг ложится на полотно — это мастерская. Для простого обывателя, такого как я, словосочетание «мастерская художника» носит какую-то притягательную, манкую силу. Кажется что здесь творится волшебство (и оно, действительно творится), из тюбиков красоки, палитры и вороха кистей рождается образы, они концентрируются в этом пространстве, становятся зрительно осязаемыми.

И вот моя мечта осуществилась, я попала в мастерскую замечательного ташкентского художника Ибрагима Валиходжаева.

Нагрянули мы в гости к художнику небольшой и очень разношёрстной компанией, в которой кроме искусствоведа и историка живописи были пару человек вообще от искусства далекие. Нас гостеприимно встречает улыбающейся хозяин, на стенах развешены полотна, которые, видимо, особо дороги художнику, вдоль одной стены полки с книгами и огромная керамическая ваза полная кистей. Наблюдая этот быт мастерской: мольберт, палитры, подрамники и холсты, начинаешь ощущать свою причастность к закулисью тайны живописи.

Скажу честно, с творчеством Ибрагима Валиходжаева я была знакома весьма поверхностно. В основном по представленным на нескольких выставках его работам. Прежде всего это, конечно, Наманганская серия (художник родом из Намангана), которая являет своеобразной визиткой И. Валиходжаева. А ещё запомнились работы написанные в творческой командировке в Черногории. Уже в мастерской узнала у автора, что за двадцать дней пребывания на Средиземноморье было создано около сорока работ! Как такое возможно? Только если искренне любишь то, чем занимаешься.

Переходим в другую комнату, там хранятся уже готовые работы. Смотрим, раскрыв рты. Как же хорошо, что с нами оказался искусствовед Владимир Карасев, он немного поясняет:

— Видите четкую линию, это полотно по манере письма, уже ближе к экспрессионизму;

— А импрессионизм это другое? — наивно спрашивает одни из нас;

— Конечно! — восклицает Карасев — Принципиально другой стиль! И тут же указывает на картину близкую по стилю к импрессионизму.

Постепенно приходит понимание, насколько широк диапазон художника, в технике, жанрах, цветовых решениях. При этом, каждая  картина – самостоятельный мир, неповторимый и гармоничный. Даже среди работ объединенных одной серией — впечатление от каждой картины, все равно иное. Настолько разнообразны интонации мастера.

Пристаю с вопросом: » Как рождаются сюжеты, идеи картин?» Владимир Карасев меня приземляет:

— По психологии творчества написаны целые тома, но ответа так и нет, это необъяснимый процесс.

Я так и знала, волшебство! А Ибрагим уточнил:

— Для художника сюжеты есть всюду, даже не выходя из этой мастерской, можно найти не один десяток сюжетов. Этих белок я написал глядя вот в это окно.

Описывать картины дело неблагодарное, каждый видит своё, но о полотне с белками надо сказать отдельно. Размеры картины поражают — она огромная. Цветовая палитра, в отличие от ярких цветов Наманганской серии, очень сдержанная, всего несколько цветов, изображены кроны деревьев и выглядывающие белки. Белки просто  невероятные, экспрессия такая, страшно отвести глаза — сбегут.

Отдельную нишу в творчестве И. Валиходжаева занимает жанр портрета, художественного портрета.

— Когда мне заказывают портрет — говорит художник, — я всегда думаю, почему-то же человек обратился именно ко мне, именно мои работы его привлекли. Хотя иногда заказчик сразу оговаривает, что хочет максимального сходства.

Никогда мне не понять людей, заказывающих художнику портрет и ожидающих фотографического сходства. За этим лучше к фотографам обращаться. Художественный портрет, на мой взгляд, тем и интересен: что же разглядел художник. Вот тут интрига и риск. Вспоминаются слова одной из героинь Д. Голсуорси: » не люблю я художников, уж слишком чётко они все видят». Это уже не портреты, это сюжеты, можно додумать целую историю глядя на них.

А потом, Ибрагим угощал нас необыкновенно вкусным пловом и пили чай, и просто говорили обо всем. А я смотрела на портрет Насимы — жены Ибрагима Валиходжаева, с которой мы все знакомы, но с портрета в мастерской на нас смотрела другая Насима, которую разглядел только Ибрагим Валиходжаев.

        Ольга Гула